Antropos_Mechanicus
Wear the mask, be the mask.
Сегодня я был в борделе и видел там Белоснежку. В этот раз злая мачеха оказалась хитрее – и нашла, наконец, способ устранить падчерицу-соперницу. Ведь не обязательно под устранением следует понимать физическое уничтожение, правда?

Я видел Белоснежку. Она лежала на низком жестком топчане, раскинув бледные, в прожилках черных вен, хрупкие руки, и ее запястья свисали бессильно, точно перебитые. Она лежала, уставившись в потолок невидящими дымчато-голубыми глазами – воспаленными, полными мутных слез. Она лежала, укрытая грязной простыней, а во чреве Её был весь Ад и клубки змей. Ни звука, ни вздоха не срывалось с Её искусанных покрытых желтоватою коркою губ, когда натягивалась чудовищная серо-синяя пуповина, соединявшая Её со старой ведьмой-содержательницей борделя – карга тянула жизнь из этого изможденного, почти прозрачного тела, которое уже невозможно было назвать человеком.

Я видел уродливых гномов, – ехидный подземный народец, – одетых в звериные шкуры и лохмотья, скалящихся обломанными сгнившими резцами, гномов, приносивших подувядшие белые лилии к Её ложу; я видел алчущий блеск в их красных, маслянистых подслеповатых глазках, и стыд, смешанный с отвращением, наполнял меня. Я видел, как тянутся их перемазанные землей ручонки, как желтые растрескавшиеся ногти впиваются в тонкую сухую кожу Белоснежки, как сочится по несовершенному мраморному телу густая, смолянистая кровь. Я видел химер, подземных химер, припадающих жадными ртами к телу попранной богини, я видел их мелкие зубки, когда они поднимали головы, чтобы сглотнуть смешанную со слюной кровь – и воздух был наполнен запахом подгнивших яблок и горечью размокших кленовых листьев.

Я видел, как Она очнулась ото сна. Видел, как вздрогнули пересохшие губы, видел, как неверною походкой Она шла по безвкусно роскошным залам, по пыльными отсыревшим коврам – шла в окружении стаи визжащих уродцев, напившихся мертвого сока из Её трухлявых вен.

Она принесла с собою осень и смерть, Она шла – и все живое плавилось вокруг Нее, покрывалось плесенью, и запах яблок был уже непереносим, гниль стояла комком в горле, сладостно-тошнотворным комком.

Я видел тварь, похожую на человека с содранной кожей, с плоской головой и рыбьими серебристыми глазами – тварь, пробудившую Её, но не поцелуем любви, нет – одним лишь взглядом, полным истинного сострадания. Мертвая невеста, сама Смерть – и Её чудовищный Принц, отверженный и землею, и небом, непринятый бездной.

Я видел, как вместе уходили они по кровоточащей листве в голый продрогший сад, где лишь яблоки, черно-красные яблоки свешивались в изобилии с каждого искореженного темного дерева.

@темы: Белоснежка